WikiSort.ru - Не сортированное

ПОИСК ПО САЙТУ | о проекте
Ижора
Современное самоназвание ижора, карьялайн, инкеройн, ижоралайн,
(ижор. inkeroin, ižora, ižoralain)
Численность и ареал
Всего: 500—1300

 Россия:
266 (2010 г.)[1], 327 (2002 г.)[2][3]

 Эстония:
62 (Перепись 2000)[4]

Сомнительно:

 Украина:
812 (перепись 2001)[5]

Язык ижорский, русский
Религия православие, лютеранство
Входит в финно-угорские народы
Родственные народы карелы, вепсы, финны, ингерманландцы, эстонцы, водь
Национальный флаг ижоры[6][7]
Карта водских, финских и ижорских деревень,
1848—2007 гг.

Ижо́ра (ижо́ры, самоназвание ижора, инкеройн, ижоралайн, карьялайн, ижор. inkeroin, ižora, ižoralain) — финно-угорский народ, один из коренных малочисленных народов России (в 2002 году численность ижор в России составляла 327 человек, в 2010 году — 266 человек[8]). В древности — основное (наряду с водью) население Ижорской земли. До середины XX века сохраняли свой язык и некоторые своеобразные черты материальной и духовной культуры (в одежде, пище, жилище и др.). В отличие от лютеран-ингерманландцев, проживавших на тех же землях, исповедовали православие. К настоящему времени почти полностью ассимилированы, количество говорящих на родном языке — несколько сотен человек.

Расселение

Первые сведения о численности ижоры приведены академиком П. И. Кёппеном. Согласно его данным, в 1848 году ижоры проживали в 222 селениях шести уездов Санкт-Петербургской губернии и насчитывали 17 800 человек[9].

Современные представители ижоры проживают в основном в Ломоносовском и Кингисеппском районах Ленинградской области (ранее они жили также и в некоторых сёлах Гатчинского района)[10]. Их, по переписи населения 2002 года в России было зарегистрировано 327 человек, из которых 177 в Ленинградской области. Наибольшее число ижор (43 человека) проживало в деревне Вистино[11].

Ижоры в 2002 году были внесены в Единый перечень коренных малочисленных народов Российской Федерации, утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 24 марта 2000 года № 255 «О Едином перечне коренных малочисленных народов Российской Федерации»[12].

После распада СССР Всеукраинская перепись населения 2001 года зафиксировала проживание на Украине 822 ижор (из них 788 (96 %) проживали в Крыму) — то есть больше, чем на их исторической родине и только 2 человека из них назвали ижорский язык родным, причём по предыдущей переписи 1989 года на Украине насчитывалось всего 9 ижор[13][14].

Помимо этого в Эстонии перепись 2000 г. зафиксировала 62 ижора, из которых назвали родным ижорский язык 19 чел. (31 %), русский — 39 чел. (62 %), эстонский — 3 чел. (5 %). В Таллине из них проживало 10 ижор[4].

Язык и проблема ассимиляции

Язык — ижорский прибалтийско-финской подгруппы финно-угорской ветви уральской семьи. Наиболее близок карельскому и финскому языкам. В нём традиционно выделяют 4 диалекта: сойкинский, нижнелужский, хэваский и оредежский (последние два уже вышли из употребления)[10][15]. При этом нижнелужский диалект вобрал в себя многие черты водского языка и фактически является конвергентным ижорско-водским образованием, первоначально служившим для межэтнического общения[16].

Часть исследователей полагает, что ижорский язык произошёл от древнекарельского языка-основы[17]. В начале XX века исследователи отмечали сравнительно плохое знание ижорами русского языка, несмотря на то, что почти всё население издавна было обращено в православие и носило русские фамилии, имена и отчества. Правда, ижоры не сохраняли отцовскую фамилию, а носили фамилию по имени деда.

В 1932—1937 годах ижорский язык в ограниченном объёме функционировал как литературный язык: использовалась письменность на основе латиницы, созданная исследователем ижорских диалектов В. И. Юнусом[fi]. В 1937 году издание книг на ижорском языке и его преподавание в школах были прекращены[18].

По Всероссийской переписи населения 2002 года 362 чел. владели ижорским языком, что превышало численность самих ижор (327 чел.)[19]. Это связано, видимо, с ассимиляцией ижор, что привело к осознанию ими себя, например, русскими, но с сохранением знания ижорского языка, или с увлечением малым языком русскими в научно-просветительских и иных целях.

По переписи 2002 года в Ленинградской области из 177 ижор владели ижорским языком лишь 94 чел. (53 %), русским — 83 чел. (47 %)[20].

В 2009 году ижорский язык был включён ЮНЕСКО в Атлас исчезающих языков мира как «находящийся под значительной угрозой исчезновения»[21]. В Интернете существует самоучитель ижорского языка, написанный московским лингвистом-любителем и энтузиастом ижорского языка В. М. Чернявским.

В 2014 году издано «Inkeroin keel. Учебное пособие по ижорскому языку», основанное на сойкинском диалекте ижорского языка[22].

В настоящий момент в районе компактного проживания последних ижор продолжается строительство портов и промышленных зон в Усть-Луге и Вистино, что грозит окончательно стереть этот малый народ с этнографической карты России.

Для сохранения культурного наследия народа создан краеведческий ижорский музей в деревне Вистино. В нём выставлены предметы ижорского быта: одежда и утварь, часть экспозиции посвящена традиционному и современному рыболовству. В деревне Горки существует фольклорный ансамбль «Шойкулан лаулат», исполняющий песни и частушки на ижорском языке, молодёжная фольклорная группа в Вистино исполняет ижорские песни, записываемые у старожилов[23].

История

Начало формирования ижоры как отдельной этнической группы исследователи относят к рубежу I—II тысячелетий нашей эры, когда одна из ветвей корелы переселилась с востока в бассейн реки Ижоры. Позднее ижоры медленно продвигались на запад вдоль южного берега Финского залива, частично ассимилируя местное водское население[24][25].

Первые датированные упоминания о народе ижора приходятся на середину IX века — согласно Иоакимовской летописи, когда жена Рюрика Ефанда родила сына «Ингоря» (Игоря), тот «даде ей обещанный при море град с Ижорой в вено»[26], однако происхождение этого источника в науке считается сомнительным.

Поэтому первым несомненным упоминанием об ижоре стоит всё же считать упоминание второй половины XII века в булле папы Александра III к первому Упсальскому епископу Стефану, написанной между 1164 и 1181 годами[27]. В булле говорится о язычниках инграх, которые полстолетия спустя уже признавались в Европе сильным и даже опасным народом. Эти опасения были обоснованны: с XIII века ижора выступает вместе с новгородцами и подвластным им племенем емь. Именно с XIII века в русских летописях появляются первые упоминания об ижоре. В этом же веке Ижорская земля под названием Ингардия впервые упоминается в Ливонской хронике Генриха в 1221 году в связи с походом сакаласких эстонцев. В 1228 году русские летописи сообщают об участии ижоры в разгроме вторгшегося в Ладогу отряда финского племени емь («Последь же оставъшеся Ижеряне устретоша их бегающе, и ту их избиша много, а прок их разбежеся, куды кто видя»)[28].

Карта походов Александра Невского, 1239—1245 гг.

На рассвете июльского дня 1240 года старейшина Ижорской земли Пелгусий, или Пелгу, находясь в дозоре, обнаружил шведскую флотилию и спешно послал доложить обо всем новгородскому князю Александру, позднее прозванному Невским[24][29].

В это время ижоры были ещё весьма близки этнически и культурно с карелами (в то время упоминавшимися в русских летописях как племя корела), проживавшими на Карельском перешейке и в Северном Приладожье, севернее ареала предположительного распространения ижор, и это сходство сохранялось до XVI века[30].

Обособлению ижор от карел способствовало заключение в 1323 году Ореховецкого мирного договора, по которому были разграничены владения Швеции и Новгородской земли. После этого ижоры остались во владениях Новгорода, а карелы западной части Карельского перешейка оказались на шведской стороне[25]. Вхождение в состав Новгородской земли определило мощное воздействие на ижор славянской культуры и принятие ими христианства в форме православия, хотя длительное время сохранялись языческие пережитки (на это уже в XVI веке жаловался новгородский митрополит Макарий)[24].

Довольно точные данные о численности населения Ижорской земли впервые зафиксированы в Писцовой книге Водской пятины 1500 года, однако этническая принадлежность жителей при переписи не показывалась. Традиционно считается, что жители Корельского и Ореховского уездов Водской пятины, в большинстве имевшие русские имена и прозвища русского и карельского звучания, являлись православными ижорами и карелами. Очевидно, граница между этими этническими группами проходила где-то на Карельском перешейке и, возможно, совпадала с границей Ореховского и Корельского уездов[31].

В 1611 году этой территорией завладела Швеция. За 100 лет её вхождения в состав Швеции многие ижоры покинули свои селения, переселившись на территорию Русского государства (в частности, в район верховий Оредежа и Луги). На опустевшие земли шведские власти переселяли эвремейсов из северо-западной части Карельского перешейка и савакотов из восточной области Великого герцогства Финляндского Саво.

В 1710 году Пётр I включил этот край в Санкт-Петербургскую губернию Российской империи.

Во время ревизии 1732 года в Ингерманландии насчитали 14,5 тысяч «старожилов ижорян». В середине XIX века ижоры насчитывалось около 17 тыс. человек, в 1926 — 16,1 тыс. человек[24][32].

В конце XVIII — начале XIX веков русские учёные начинают фиксировать этноконфессиональный состав населения ижорских земель, тогда уже вошедших в Петербургскую губернию. В частности, к северу и к югу от Санкт-Петербурга фиксируется наличие православных жителей, этнически близких финнам-лютеранам — основному населению этой территории. Первоначально северных «православных финнов» исследователи считали карелами, а южных — ижорами, но уже Пётр Иванович Кёппен и тех, и других отнёс к ижорам. Он же зафиксировал основной ареал их расселения. Северные ижоры к середине XIX века проживали, в основном, на юге Карельского перешейка, вокруг искусственно созданных «сёл» Троицемяки и Матокса, в районе Лахты, а также в Выборгской губернии, в волостях Рауту и Саккола (в северной части впоследствии выделившейся в волость Метсяпирти). Южные ижоры проживали в основном в Полужье, а также на Сойкинском полуострове[31].

В 1848 году, согласно переписи П. И. Кёппена в Ингерманландии проживали 17 800 ижор[33].

Во время Второй мировой войны ижоры были по большей части вывезены в Финляндию на принудительные работы. После подписания Финляндией 19 сентября 1944 года соглашения о перемирии с СССР и Великобританией, ижоры вернулись в СССР, но при этом многих ижор принудительно направили на поселение в Ярославскую, Калининскую, Новгородскую, Псковскую и Великолукскую области. Возвращаться в места исконного проживания они стали только с середины 1950-х годов, однако вернулись далеко не все[34][35].

Динамика численности ижоры

Экономика

Лайба (ижорская парусная лодка) в водах Финского залива

Уже к концу XV века основой хозяйства ижор стало пашенное земледелие. При этом преобладающими зерновыми культурами служили овёс и рожь, несколько реже сеяли ячмень и пшеницу, а ещё реже встречались горох и гречиха. Ижоры разводили лошадей, крупный рогатый скот, овец. Определённое значение сохраняла и охота: ижоры охотились на зайцев и белок, ловили соколов для соколиной охоты[36].

Главным занятием ижор, живших на морском побережье, стало рыболовство, которое велось в основном зимой и приносило неплохой доход; добывали в основном салаку и корюшку[24]. Уже писцовые книги начала XVI века отмечают рыболовство, «положенное в оброки», а в списке податей часто значится рыба — «курва» (возможно, так называли корюшку). В XX веке промысел корюшки и салаки оставался главным для ижор.

Население восточных ижорских деревень, лучше знавшее русский язык, уезжало в Санкт-Петербург: мужчины уходили на фабрики и в мастерские, работали извозчиками, девушки шли в няньки. Многие девушки нанимались на ткацкие фабрики в Нарву[24]. Тем не менее переезд ижор в города был явлением временным; ещё в 1920-х гг. 99 % ижор были сельскими жителями[37].

У ижоры были развиты ремёсла, хотя эти занятия и не приобретали форм кустарной промышленности. Среди ижор было немало прекрасных гончаров и плотников, изготовлявших изделия на продажу; во многих деревнях ткали полотно, плели из прутьев корзины и другую домашнюю утварь[24].

Антропологический тип

Ижоры — представители беломоро-балтийского типа европеоидной большой расы. По форме головы — типичные брахикефалы. Рост — 165—168 см (несколько выше, чем у местных русских и вепсов). Значительная часть светлоглаза, хотя имеются и темноглазые. Среди западных ижор немало светловолосых, нередок и русый цвет волос, хотя тёмные оттенки волос встречаются чаще, чем у ингерманландских финнов и води. Борода у мужчин развита сильнее, чем у других прибалтийско-финских народов. Нос хорошо выступает, его спинка нередко вогнута[38].

В целом ижоры по антропологическим признакам близки соседним прибалтийско-финским народам, хотя имеются небольшие отличия[39].

Культура

Этническая психология

Характер ижоры заметно отличался от соседних народов. Ещё в XVIII веке Ф. О. Туманский писал: «…примечается у них лукавство в великом почтении; они проворны и гибки»; однако вместе с тем у них не отмечено злобы, праздности, буйства, неопрятности — напротив, ижоры «наблюдают чистоту». По своему темпераменту ижоры были более хладнокровными и спокойными, чем, например, водь. Их традиционно отличали трудолюбие и стойкость, гостеприимство и доброта[39].

Костюм

Ижорский костюм конца XVIII в.

Первые описания одежды ижоры появляются в трудах исследователей XVIII века. У девушек одежда не отличалась от одежды замужних женщин, однако имелись отличия в причёске и форме головного убора. Именно, замужние женщины должны были всю жизнь носить (не снимая ни днём, ни ночью) особого покроя головной платок (сапано). В нательной одежде основным элементом служила холщовая рубаха (рятсиня) сложного покроя, которая у ворота скреплялась фибулой — «большою серебряною овального образа пряжкой… иногда вызолоченною, осыпанною каменьем или жемчугом». Украшены рубахи были сложным тканым орнаментом и вышивкой[40].

Поверх рубахи надевали два полотнища на лямках (одно из них — на правое, другое — на левое плечо). Верхнее полотнище (аануа) напоминало сарафан на одной лямке и покрывало весь корпус, оставаясь распашным на левом боку; там рубаху прикрывало нижнее полотнище (хурстуксет). В конце XIX века ижорские женщины перешли, однако, к ношению сарафана на двух лямках русского типа, а в начале XX века получили распространение и городские варианты одежды — юбки и кофты из ситца[41].

В составе ижорской женской одежды одной из древнейших частей был «спинной пояс» — носимая сзади широкая полоса сукна, на которую подвешивались «змеиные головы» (раковины каури). Пояс украшали узоры из разноцветного бисера, золотой и серебряный позумент, а также две полосы из раковин каури. Всем этим украшениям отводилось важное магическое значение в обрядах и обычаях[40].

Большинство мужчин-ижор в XIX веке носили домотканую длинную рубаху в сочетании с длинными белыми штанами. В начале XX века они перешли к ношению одежды, сшитой из покупных тканей (хотя пастухи по-прежнему носили домотканую одежду). В качестве головных уборов использовались городские фуражки и кепи, и только в отдельных местах старики-ижорцы носили традиционные соломенные или войлочные шляпы с широкими полями[40].

На свадьбу ижорские женихи надевали сшитую матерью льняную рубаху с богатым орнаментом по вороту, рукавам и груди. Рубаху украшали блёстки, а по её подолу были вышиты кони или подшивался кумач. Жених надевал также кожаные брюки, синие чулки и сапоги; при этом он подпоясывался полотенцем, вышитым его сестрой — с тем, чтобы были видны украшенные концы полотенца (такой пояс считался оберегом от нечистой силы)[42].

Жилище

Для домов, в которых жили ижоры, характерен тщательно выложенный фундамент, который был рассчитан на местные почвы с высоким уровнем грунтовых вод. Применялись крыши на накладных стропилах, соломенные кровли, конструкция которых предохраняла кровлю от ветра. Как правило, жилище состояло из двух изб (пертти) и сеней (эукши); у бедняков дом был двухкамерным: изба и сени. Долгое время избы топились по-чёрному. Характерно наличие внешнего декора домов (ветровые доски с резьбой, расписанные многоцветными узорами ставни, резные наличники у окон). Кроме располагавшихся рядом с домом сараев и помещений для скота, отдельно ставились клеть (айтта) и баня (кюлю)[43].

Бытовой инвентарь

Среди вещей, найденных археологами во время раскопок могильников средневековой ижоры (XIII—XVII века), обнаружены серебряные и бронзовые фибулы, бронзовые перстни, железные ножи и боевые топоры, гончарная керамика древнерусского типа[44].

Свадьба

Ларин Параске

Выбор невесты осуществлялся лишь по желанию жениха. Ижорская свадьба, как и у многих народов Восточной Европы, была двухходовой: после венчания невеста возвращалась к своему отцу, а жених — в свой дом, и каждый из них вместе со своими родственниками, дарящими подарки, праздновал свадьбу по отдельности. На следующий день жених и его родня ехали за невестой, а после угощения и пения «отъезжей» песни все ехали в дом жениха, где молодых на пороге встречала свекровь со свадебным хлебом и иконой или с кружкой пива, из которой все отпивали по очереди[45].

Затем все, кроме невесты, усаживались за свадебный стол; невеста же, по некоторым данным, за стол не садилась, а стояла и кланялась на обе стороны — приглашала гостей угощаться. Весьма разнообразным было фольклорное сопровождение ижорской свадьбы (финские фольклористы называли её «трёхдневной оперой»). Песни и причитания сопровождали все этапы свадебного обряда[46].

Фольклор

Фольклор ижоры известен нам по устному народному творчеству — песням-рунам сказителей-рунопевцев. Удивительно, что этот небольшой по численности народ сохранил в своей памяти общий с карелами и финнами эпос (известный широкому читателю как «Калевала»), отдельные части которого (сказание о Куллерво) оказались известны только ижорским рунопевцам. За полтора века исследований (начиная с 1847 года) фольклористам удалось записать свыше 120 тыс. старинных ижорских песен так называемой «калевальской» метрики у более чем 2 тыс. исполнителей[47].

Одна из самых известных ижорских сказительниц — Ларин Параске (Прасковья Никитина), проживавшая на рубеже XIX и XX века на Карельском перешейке и сохранившая в своей памяти 1343 песни. Также славился исполнением рун Антроп Мельников[48].

Топонимы и гидронимы

См. также

Примечания

  1. 1 2 Официальный сайт Всероссийской переписи населения 2010 года. Информационные материалы об окончательных итогах Всероссийской переписи населения 2010 года
  2. 1 2 3 4 5 6 7 Всероссийская перепись населения 2002 года. Проверено 24 декабря 2009. Архивировано 21 августа 2011 года.
  3. ↑ По переписи 1989 г. в РСФСР было 449 ижорца ()
  4. 1 2 3 Статкомитет Эстонии Национальный состав населения Перепись 2000 г.. Архивировано 27 августа 2011 года. ( (недоступная ссылка))
  5. 1 2 Всеукраїнський перепис населення 2001. Русская версия. Результаты. Национальность и родной язык. Архивировано 21 августа 2011 года.
  6. ↑ Конькова, 2009, с. 218—219.
  7. ↑ Праздничная культура коренных малочисленных народов Ленинградской области. Ижора. Архивная копия от 11 декабря 2015 на Wayback Machine
  8. ↑ Донских, Екатерина.  Редкие люди. «Красная книга» коренных народов России // Аргументы и факты. — 2013. — № 48 (1725) за 27 ноября. — С. 36.  (Проверено 8 декабря 2015)
  9. ↑ Конькова, 2009, с. 87.
  10. 1 2 Агеева, 2002, с. 77.
  11. ↑ База микроданных Всероссийской переписи населения 2002 года
  12. ↑ Постановление Правительства РФ от 24.03.2000 № 255 «О Едином перечне коренных малочисленных народов Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями). // Портал Garant.ru. Проверено 9 декабря 2015. (См. также «Собрание законодательства РФ», 03.04.2000, № 14, ст. 1493; «Российская газета», № 66, 05.04.2000).
  13. ↑ Перепись населения на Украине 2001 года (укр.)
  14. ↑ Всесоюзная перепись населения 1989 года. Национальный состав населения по республикам СССР. Демоскоп. Архивировано 27 августа 2011 года.
  15. ↑ Лаанест, 2001, с. 377.
  16. ↑ Рожанский Ф. И., Маркус Е. Б.  О статусе нижнелужского диалекта ижорского языка среди родственных идиомов // Лингвистический беспредел-2. Сборник научных трудов к юбилею А. И. Кузнецовой / Под общ. ред. А. Е. Кибрика. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 2013. — 435 с. — ISBN 978-5-19-010876-7. — С. 219—232.
  17. ↑ Хайду П.  Уральские языки и народы. — М.: Прогресс, 1985. — 430 с. — С. 97.
  18. ↑ Агеева, 2002, с. 78.
  19. ↑ Всероссийская перепись населения 2002 г. Языки России
  20. ↑ Всероссийская перепись населения 2002 г. Население коренных малочисленных народов по территориям преимущественного проживания и владению языками
  21. ↑ UNESCO Atlas of the World's Languages in Danger: Interactive Atlas. // Website www.unesco.org. Проверено 9 декабря 2015.
  22. ↑ Конькова О. И., Дьячков Н. В. Inkeroin keel. Учебное пособие по ижорскому языку. — Санкт-Петербург: Inkeri, 2014.
  23. ↑ Изучение ижорского языка в интернете
  24. 1 2 3 4 5 6 7 Шлыгина, 1994, с. 159.
  25. 1 2 Агеева, 2002, с. 75.
  26. ↑ Татищев В. Н. История Российская. Т. I. — М.; Л., 1962. — С. 110.
  27. ↑ Седов, 1987, с. 42.
  28. ↑ Конькова, 2009, с. 50—51.
  29. ↑ Конькова, 2009, с. 51—52.
  30. ↑ Мусаев, Вадим. Ингерманландский вопрос, как исторический и политический феномен Архивировано 4 марта 2012 года.
  31. 1 2 Крюков А. Ижоры Карельского перешейка в XX веке. «Нет родной сторонки краше…» Сборник статей и материалов просветительской конференции, посвящённой 170-летию со дня рождения и 100-летию со дня смерти великой ижорской сказительницы Ларин Параске.
  32. ↑ Конькова, 2009, с. 80.
  33. ↑ Peter von Köppen Erklärender Text zu der ethnographischen Karte des St. Petersburger Gouvernements, St-Peterburg, 1867, стр. 41
  34. ↑ Рожанский и Маркус, 2013, с. 263.
  35. ↑ Конькова, 2009, с. 98—100.
  36. ↑ Конькова, 2009, с. 61—62.
  37. ↑ Янсон, 1929, с. 10.
  38. ↑ Конькова, 2009, с. 103—105.
  39. 1 2 Конькова, 2009, с. 105.
  40. 1 2 3 Прыткова, 1930.
  41. ↑ Шлыгина, 1994, с. 160.
  42. ↑ Конькова, 2009, с. 107—108.
  43. ↑ Шлыгина, 1994, с. 159—160.
  44. ↑ Седов, 1987, с. 43.
  45. ↑ Конькова, 2009, с. 174—178.
  46. ↑ Конькова, 2009, с. 178.
  47. ↑ Конькова, 2008, с. 264.
  48. ↑ Шлыгина, 1994, с. 161.

Литература

на русском языке
на других языках
  • Inkeri. Historia. Kanssa. Kulttuuri. — Helsinki: Suomalaisen Kirjallisuuden Seura, 1991. — 420 s. — ISBN 951-717-668-6.
  • Inkerin bibliografia. Luettelo vatjalaisia, inkeroisia ja Inkerin suomalaisia käsittelevästä kirjallisuudesta / Toim. J. Elomaa. — Helsinki: Suomalais-ugrilainen seura, 1981. — 126 s. — ISBN 951-45-2390-3.
  • Itämerensuomalaiset: Heimokansojen historiaa ja kohtaloita / Toim. M. Jokipii. — Jyväskylä: Atena, 1995. — 445 s. — ISBN 951-9362-80-0.
  • Kuronen, Aira.  Inkerikot: Historia, uskonto ja perinne. — Onkamo: Kannaksentie, 2008. — ISBN 978-952-92-4372-3.
  • Laanest A.  Isuri keele ajalooline foneetika ja morfoloogia. — Tallinn, 1986.
  • Öpik E.  Vadjalastest ja isuritest XVIII saj lopul. — Tallinn: Valgus, 1970. — 206 lk. (В работе опубликована на русском языке этнографическая часть рукописи Ф. О. Туманского «Опыт повествования о деяниях, положении, состоянии и разделении Санкт-Петербургской губернии»)
  • Porkka V.  Über der ingrishen Dialekt mit Berücksichtigung der übrigen ingermanlandischen Dialekte. — Helsinki, 1885.
  • Sjögren A. I.  Über die finnische Bevölkerung des St.-Petersburgischen Gouvernements und über der Ursprung des Namens Ingermanland // Mémoires de l’Académie Impériale des sciences de St-Pétersbourg. — 1833. — Т. II. — S. 123—242.

Ссылки

Данная страница на сайте WikiSort.ru содержит текст со страницы сайта "Википедия".

Если Вы хотите её отредактировать, то можете сделать это на странице редактирования в Википедии.

Если сделанные Вами правки не будут кем-нибудь удалены, то через несколько дней они появятся на сайте WikiSort.ru .



Текст в блоке "Читать" взят с сайта "Википедия" и доступен по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike; в отдельных случаях могут действовать дополнительные условия.

Другой контент может иметь иную лицензию. Перед использованием материалов сайта WikiSort.ru внимательно изучите правила лицензирования конкретных элементов наполнения сайта.

2019-2026
WikiSort.ru - проект по пересортировке и дополнению контента Википедии